Была она из знатного рода и отличалась удивительной красотой.
Как известно, ход истории определяют личности. Чаще это мужчины – правители и военачальники. Женщины также вносят свой вклад, оставаясь в исторических хрониках. Правда, не всегда они остаются на слуху. Сегодня мы устраним одну такую несправедливость. Наш рассказ о Екатерине Михайловне Бухгольц, урожденной черкесской княжне из абадзехского рода Дауровых. В ХIХ веке она снискала славу миротворицы и дипломата, ее называли «живым мостом между враждующими мирами».
Сильная партия
К сожалению, биографические сведения скупы и обрывочны. Родилась она, по одним источникам, в 1773 году. Но более достоверным (об этом ниже) нам представляется год 1778-й.
Была она из знатного рода и отличалась удивительной красотой. В возрасте 13–14 лет ее похитили у родителей, а потом то ли турецкие, то ли крымские купцы продали в рабство. В 1791 году крепость Анапу, принадлежавшую тогда туркам, приступом взял семитысячный отряд под командованием начальника Кавказской линии графа Ивана Гудовича. В числе «трофеев» победителей оказалась и юная девушка. Она стала воспитанницей «графа Коковского», такое утверждение можно встретить в различных источниках. Но скорее всего речь о графе Каховском Михаиле Васильевиче. В 1791-м он участвовал в операции по взятию Анапы.
Известно, что в 1811 году княжну взял в жены Карл Карлович Бухгольц. Подробностей того, как жила до свадьбы наша героиня, нет никаких. Отметим лишь, что жених и невеста, представшие перед алтарем, уже не были юными. Он – герой войны с Наполеоном, генерал-майор. В год женитьбы ему исполнилось 46 лет. Екатерине Михайловне – 33. Имя она получила привычное для русского уха, а отчество ей подарил высокопоставленный опекун.
Комендантом крепости генерал-майор был с 19 ноября 1809-го. Карл Бухгольц, происходивший из дворян Эстляндской губернии, – высокообразованный и богатый, его военные подвиги отмечены многими наградами. Брак с черкешенкой, хоть и княжной, в светских столичных салонах наверняка называли мезальянсом. Но они полюбили друг друга, а союз этот был выгоден обеим сторонам. Княжна стала для генерала не только женой, но и другом, и верной соратницей, вникавшей в дела государевой службы. Своим происхождением она не просто гордилась, но и филигранно его использовала.
Вот как писал об этом военный историк В.А. Потто. «Между тем, благодаря разумной политике анапского коменданта генерал-майора Бугхольца, женатого притом же на черкесской княжне из абадзехской фамилии Дауровых, между племенами, населяющими окрестности Анапы, мало-помалу начала образовываться довольно сильная партия, преданная интересам России. Нет сомнения, что дела приняли бы еще лучший оборот, но, к сожалению, в 1812 году, по заключении Бухарестского мира, Анапа опять возвращена была Турции, а вместе с ней снова поступили под турецкую опеку и все горские народы, обитавшие по левую сторону Кубани».
Прямое влияние
Бухгольца перевели в Крым, до 1825 или 1827 года он служил комендантом крепости Ени-кале. Потеря Анапы на фоне Кавказской войны сыграла негативную роль для мирных контактов с адыгами. Историки считают, что если бы крепость осталась в руках русских и находись бы в ней комендант и его супруга, национальный вопрос не был бы столь острым. Крови, ненужной обеим сторонам, можно было избежать. Это, конечно, гипотеза. Но факт – долгие годы, при Бухгольцах, Анапа оставалась тем самым «мирным мостом» между народами и культурами.
Впоследствии, после очередного и решительного присоединения Анапы к России в ходе Русско-турецкой войны 1828-1829 гг., историк Потто привел еще одно, неожиданное свидетельство о вкладе супругов в военную победу.
По его свидетельству, Екатерина Михайловна Бухгольц вела переписку со светлейшим князем Александром Сергеевичем Меншиковым. (Ред. – военный и государственный деятель, дипломат, адмирал. Правнук Александра Даниловича Меншикова – того самого «Алексашки», сподвижника Петра Первого).
На Анапу тогда лишь задумывалось наступление. Письмо адресовано было Карлу Карловичу, бывшему коменданту. Адмирала интересовали фортикационные сооружения и другие сведения, имевшие высокую ценность для подготовки военной операции.
Письмо не застало адресата. К тому времени Бухгольц уехал по делам в Петербург, где и скончался в эпидемию холеры. А Екатерина Михайловна осталась в Крыму и ответила светлейшему князю.
Вот что, с некоторыми сокращениями, она писала.
«Разбирая бумаги покойного мужа, я нашла подробный план крепости, который при сем и посылаю. А так как я находилась в Анапе вместе с моим мужем, то знаю лично, что крепость эта была вооруженная. По приказанию мужа, когда ее сдавали, разрушены были главные укрепления, а орудия свезены на флот… Оставлено было по настоянию паши несколько самых дурных пушек с негодными лафетами».
Екатерина Михайловна упомянула о том, что судно, на котором они перебирались в Крым, потерпело крушение. Погиб при этом находившийся на борту священник со своим семейством, все имущество Бухгольцев и канцелярия с документами. В конце своего послания она выразила сожаление о том, что письмо прочла поздно.
«Будучи сама уроженкой Черкесии, я поныне сохраняю родственные связи, доверие и приверженность к себе натухайцев, шапсугов и абадзехов, имею родственницу даже в самой Анапе. И если бы сведения эти требовались раньше, то имела бы случай достать вам вид настоящих укреплений Анапы и все средства ее. Всегда желала я доставить родине моей покровительство монарха и для этой цели имела на родственников моих непосредственное влияние».
Точно богиня
Портретов Екатерины Михайловны, увы, не сохранилось. Однако современники оставили несколько описаний ее внешности и характера.
Княжну называли особой, «которых мало встретишь; кто правды не любит, не приближайся к ней; с умом и рассудком, каждому выскажет в глаза, кто чего стоит; женщина приятная и по ее собственным словам 42 лет, но сохранившая красоту привлекательную; всякий, видя свежесть лица ее, убавит ей более десяти лет; все в ней прелестно, и глаза точно победительницы; и при солнечном сиянии, и при свечах одинакова хороша; верхом же и в черкесском платье точно богиня! К внешним красотам ее присоединялись доброта души и желание услужить каждому и поделиться последним».
Так следует из записи в дневнике, датирована она сентябрем 1820 года. Ценное свидетельство для нас оставил путешественник Г. В. Гераков, живший в то время в Симферополе. Как раз в это время в Крыму путешествовал А.С. Пушкин. Поэт, точнее забавный эпизод, с ним связанный, также попал в дневник.
Автор пишет, как он вечером, при луне «пошелъ ходить по нешумному городу, встретилъ Е. М. Б. гуляющую тоже, и позади ея Арапъ». Преследовавший экзотическую красавицу «Арапъ», – это, конечно же, Александр Сергеевич. Расшифровать инициалы «Е. М. Б.» также труда не составляет – это Екатерина Михайловна Бухгольц, жена генерала Карла Карловича Бухгольца.
Очевидно, что поэт пытался ухаживать. Красавица-черкешенка, желая избавиться от назойливого «Арапа», завела беседу с Гераковым и гуляла с ним «до устали», пока нежеланный кавалер не отстал.
В Симферополе княжна провела свои последние годы. Свидетельств о том, чтобы она возвращалась на родину и вступала в повторный брак, не имеется. Любимого мужа она пережила на 23 года. По метрическим книгам Александро-Невского собора скончалась Екатерина Михайловна 25 марта 1854 года и похоронена на городском кладбище. Местом упокоения Карла Карловича стало Куликовское карантинное кладбище Санкт-Петербурга.
Кстати
Личная история Екатерины Михайловны Бухгольц – яркий пример того, как человек может стать частью большой политики. Ее усилиями состоялась торгово-дипломатическая миссия в Черкесию на шхуне «Черкешенка».
• «Хозяйка Анапы» лично сумела убедить генуэзского коммерсанта Рафаила де Скасси расширить свою торговлю и установить контакты с черкесами. Гарантиями служили ее слово, родственные связи и авторитет у горцев.
• Владелец шхуны, Эдуард де Мариньи, отправляясь в торговую экспедицию, дал ей название «Черкешенка» – в честь Екатерины Бухгольц. Это подчеркивало миротворческий характер вояжа.
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
О значении, которое имела для России Е.М. Бухгольц (Даурова) в отношениях с адыгами, писал кубанский историк Е.Д. ФЕЛИЦЫН:
«В этом отношении Екатерина Михайловна оказала своему мужу огромную помощь и пользовалась общим уважением среди горцев, имевших через посредство ее сношения с русскими властями. Влияние ее на своих соотечественников было настолько велико, что услугами Екатерины Михайловны долго пользовались и после того, как муж ее уже не имел никакого служебного положения в Анапе. Так, между прочим, в 1828 году эта почтенная особа принимала деятельное участие в склонении натухайского народа к мирным связям с нами. Ее полезная деятельность была известна и императору Николаю Павловичу (Николаю Первому), который удостоил ее высочайших наград».
Роковая красота
Издавна черкесские женщины — с черными глазами и длинными черными волосами до пояса — считались необыкновенно красивыми. Их часто похищали, и на невольничьем рынке цена таких пленниц была невероятно высокой.
► Внебрачный сын от черкесской рабыни был у основателя династии Медичи – Козимо Медичи Старого. Рабыни-черкешенки жили в гаремах Османии и Персии. Нередко они становились не просто фаворитками, но и женами, матерями султанов правящих династий.
► Дочь кабардинского князя Темрюка Идаровича — Мария Темрюковна (до крещения — княжна Кученей) — стала русской царицей и второй женой Ивана IV Васильевича Грозного.
► По версии итальянского профессора литературы Карло Вечче, мать Леонардо да Винчи, Катерина, была черкешенкой. Вечче обнаружил в Государственном архиве Флоренции документ об освобождении женщины, который был подписан в ноябре 1452 года, спустя примерно полгода после рождения Леонардо. В нотариальном акте говорится, что Катерина была дочерью черкесского князя по имени Яков (Якоб). По утверждению учёного, Катерина попала во Флоренцию с Кавказа через Венецию как рабыня. В тосканском городе она работала ткачихой и была наёмной кормилицей. Однако эту версию оспаривают другие ученые.
► В поэзии и искусстве стран Европы и Америки черкешенки часто служили идеалом женской красоты. Начиная с XVIII века, косметические продукты рекламировались с упоминанием слова «черкесский» в названии, а в составе косметики, по словам создателей, содержались вещества, используемые женщинами Черкессии.
Подготовила Светлана Лазебная.