18 мая, 16+

Перекрёстки судьбы. Как и почему забота и добрые побуждения заставили страдать?

Фото: freepik/Freepik

Ответ на терзавшее многие годы «почему» помог найти соседский мальчик.

На Кубань Нина Зуева с сыновьями перебралась в начале 90-х. Купила домик в одном из посёлков пригорода Краснодара и не пожалела. Стала звать сестру жившую, а точнее выживавшую во Владикавказе. Потом себя корила: не надо было, ах, если бы… Сестру с того света не вернёшь… И груз вины за её дочек — разве снимешь? Нина Степановна рассказала свою историю «Околице», но попросила изменить имена и фамилии — слишком болезненная она для неё.

Горькая «малина»

Разница в возрасте – 16 лет — не мешала дружбе сестер. Старшая нянчилась с младшей и гордилась, когда та её представляла: «Моя вторая мама!». Потом Нина встретила Алексея и молодожёны уехали на Север. Сестры переписывались, перезванивались. Настала очередь Веры влюбиться. Сергей Грушевский был курсантом лётного училища: красивый, серьёзный. Нина ездила по промыслам с мужем-нефтяником, а Вера со своим лётчиком кочевала по гарнизонам. У обеих по два ребёнка, только у Нины мальчишки, а Вера родила девочек.

В 91-м Алексей погиб при крушении нефтеразведочного самолёта. Незачем было оставаться в маленьком холодном городке. Сыновья идею переезда поддержали. И очень им на новом месте понравилось.

Грушевские нищенствовали во Владикавказе. Зарплату не платили, полк расформировали. Когда Нина позвала на Кубань, терять было нечего. Экс-лётчика приняли на работу в милицию. Вера устроилась в детский сад. Девочки нашли подружек… Вера говорила: «Не жизнь, а малина».

Грушевские сняли домишко и купили участок, чтобы строиться. Залили фундамент, Сергей кирпич клал, а Вера штукатурила. И в тот день, в мае 2001-го, ехали на стареньких «Жигулях» на свою «стройку века»…

После аварии хоронили Веру и Сергея в закрытых гробах. Невольный убийца – водитель большегруза, пришёл тоже. Твердил: «Я не виноват. Он со встречки вильнул — и лоб в лоб!»

Нина Степановна обнимала девочек. Они не плакали, жались, как воробышки. Она помнит их глаза — тёмные, с застывшей болью, Кати, пронзительно голубые, испуганные – Оли.

Соседи выспрашивали: «Куда их, в детдом?»

Как можно?! Нина Степановна оформила опеку.

Трудности воспитания

Кате 10, Оле 11. По-разному переживали горе. Оля накинулась на учебу, много читала. Катя «витала в облаках», в дневнике «тройки»…

— Больше всего боялась, что почувствуют себя обделёнными, кто-то скажет: «А, одеты бедненько? Ну понятно, сироты», — вспоминает Нина Степановна.

С самого начала было заведено: деньги девочек (социальную пенсию) тратили только на их нужды. И семейных денег не жалели. Всегда они были самые модные, в доме им выделили самую большую и светлую комнату. Домашних обязанностей у сироток не было. Лишь бы учились… Сыновья Нины к тому времени стали самостоятельными, старший, Боря, женился, зарплату частенько задерживали. Младший, Андрей, занялся коммерцией, случалось, и прогорал. Трудно порой было, но Зуевы считали, что девочкам о финансовых проблемах знать не нужно.

Сотканные из маленьких и больших проблем, радостей и огорчений, промчались школьные годы. Девочки поступили в университет. Оля на юридический факультет, Катя на филфак. Скучала тётя, ждала выходных, когда девочки приезжали. Старалась накормить вкусно, охраняла девичий сон — а спали сетрички до обеда. Воскресным вечером Боря загружал в машину банки с домашними разносолами и отвозил девчонок в общежитие. Оля шла на красный диплом. Катя училась так-сяк, зато победила в конкурсе «Мисс университет».

Зуева переживала: как бы девочек устроить на хорошую работу? По соседству жил старичок, отец известного коммерсанта. За Ниной Степановной, фельдшером, когда у дедушки случался очередной приступ, прибегали и ночью. Однажды она провела у его кровати 12 часов. Удержала на этом свете. Сын его сказал: «Нина, проси чего хочешь!».

— Я попросила для Оли протекцию, — признаётся Нина Степановна. — Вы же знаете, как сложно молодым устроиться?

Оля получила должность в госструктуре и служебную квартиру. Катя пошла в модели и тёте это было непонятно.

— Тусовки, странные звонки, непонятные поклонники. Случалось, ругала её, но ведь я тревожилась, — объясняет Зуева.

В итоге, ничего не сказав тёте, Катя уехала с каким-то другом.

— У меня совещание, перезвоню, — обещала Оля и не звонила.

Катя номера родственников заблокировала.

Нина Степановна плакала, но верила, что отношения наладятся. А однажды её вызвал главврач:

— Я толком не понял… но в больницу едет дознаватель по вашу душу.

Давление подскочило. Чего только не передумала! Оказалось, полицейский приехал «с целью выяснить сохранность имущества, принадлежащего по праву собственности на равных долях Ольге и Екатерине Грушевским…»

Недостроенный дом после смерти Веры и Сергея продали и купили девочкам квартиру в посёлке, оформили, конечно же, в их собственность. Но девочки никогда там не жили. Боря сделал ремонт и с их согласия жил там с женой и маленьким сыном. И вот Оля, добавив «красок», пожаловалась в полицию. Дескать проникли, захватили, не пускают, ключ не отдают. Потрясённые родственники съехали немедленно.

Самый дорогой подарок

Пролетели годы. Катя вышла замуж за немолодого, но супербогатого грека, живёт на Кипре. Родила деток, мальчика зовут Илиас, а девочку Андрула. У Оли мужа и детей нет — у неё карьера, иногда её показывают по телевизору. Новости о жизни племянниц тётя узнаёт тайно. Заходит на их странички в соцсетях под вымышленной фамилией. Понять можно — душа болит.

А несколько лет назад в доме рядом поселилась семья: 10 ребятишек, половина — приёмные. Нина Степановна не удержалась от предостережения многодетной маме.

— Я сказала ей, что брать приемных детей — утопия. Я из-за племянниц обделяла сыновей — и вырастила эгоисток.

Соседка, выслушав Нину Степановну, вместе с ней поплакала, а потом позвала в гости. Зуева выделила 12-летнего Сашу: неразговорчивый, угрюмый. Оказалось, родители пили. Отец убил маму, а потом себя жизни лишил. Пытался убить и Сашу, но тот сумел спрятаться. В квартире с трупами, без еды, мальчик провёл три дня.

Нина Степановна зачастила к соседке. Напечёт пирожков для всех, а смотрит на Сашу. Мальчик, узнавая её, стал улыбаться. А потом сам пришёл в гости. С букетом. Обычные панычи, но дороже подарка Нина Степановна не получала. И как-то… Саша на два дома теперь живёт. Кажется, мальчик помог найти ответ на терзавшее «почему».

— Я виновата. Олю и Катю приучила получать, но не делиться. Они не научились сострадать.

В доме Зуевой снова вкусно пахнет пирогами, и теперь здесь часто смеются.

Светлана Лазебная.

Читайте также