28 ноября, 16+

Удочерённая девочка мечтала найти родную мать, но та оказалась монстром

Фото: i0.wp.com

В тот день, 30 декабря 1989 года было очень холодно. Дул ветер, деревья гудели, снег летел прямо в лицо. Валя Чиркова бежала на работу, обмотав лицо большим шарфом, и думала о том, как ей все-таки повезло с мужем. У них со Славой было уже трое детей: Юле — 10 лет, сыночкам, Саше и Андрюше, 3 года и почти годик. Все дети были желанными и очень любимыми.

С деньгами только немного трудновато было, поэтому Валя и стала подыскивать подработку — на свою постоянную работу она пока выйти не могла, маленький еще был Андрюшка для садика. И, когда Вале предложили временно устроиться санитаркой в роддом, она с радостью согласилась.

Добежав до роддома, Валя быстро переоделась и пошла принимать смену. Заглянув в отделение, она увидела уже родившую женщину и хотела пройти дальше, как услышала разговор акушерок об этой роженице. Прислушавшись, Валя поняла, что та собирается оставить новорожденную девочку в роддоме.

Такого еще не было за всю историю местной больницы. Село было немаленькое, но бросать детей здесь было не принято. Валя даже поёжилась. Как это можно своего родного ребенка бросить на чужих людей?

В палате Люба лежала, отвернувшись к стене. Она сразу предупредила, чтобы девочку к ней кормить не приносили, видеть ее она не хочет. И давать ей имя не собирается, пусть кому интересно, тот и придумывает.

— Люба, может, все же посмотришь на нее? Она такая хорошенькая! На тебя похожа. У тебя дети-то есть?

— Уйди! – вдруг резко повернулась к Вале женщина, — Даже смотреть не буду, чтоб не снилась потом. И не лезь ко мне в душу! Все-равно не передумаю!

На следующий к Любе пришел посетитель. Валя подошла к дверям палаты и услышала его голос:

— Да не слушай ты никого! Нам и вдвоем хорошо! Хотим гуляем, хотим спим. Не вздумай забрать девку, ты мне с довеском не нужна! – тут за дверью раздалось тихое хихиканье и вздох Любы.

У Вали даже дыханье перехватило, она распахнула двери и гневно посмотрела на обнимающуюся парочку:

— Что ж вы за люди такие?! Нет, вы не люди, шакалы! Дите заделать ума хватило, а вырастить, нормальную семью обеспечить — нет? Гулять мешают?

Люба покраснела, убежала в палату, вернулась со своей сумкой и, схватив мужчину за руку, выскочила из роддома, прямо в халате. Позже прислала расписку об отказе от ребенка.

Валя смотрела на девочку и не могла отойти от нее. Когда малышка проснулась и заплакала, акушерка мягко спросила Валю:

— Может, покормишь? Ты же еще кормишь своего сына, молока хватит.

Валя кивнула и взяла девочку на руки…

— Валюш, что с тобой? – ласково спросил жену Слава, — ты устала? Может, не будешь пока работать? Я попробую еще подработку найти, а ты за малышами смотреть будешь.

— Нет, просто там девочка одна, — неуверенно улыбнулась Валя, — В смысле, бросили ее. Она такая хорошенькая, я ее покормила, а она смотрела на меня, как на маму. Понимаешь?

— Ой, мамочка, расскажи про девочку, — подошла, услышавшая разговор, дочка. — Она какая, светленькая или темненькая? А какие у нее глазки? А почему ее бросили, разве так бывает?

Но Валя не слушала дочь, она смотрела в глаза мужа с такой мольбой и надеждой, что он тихо спросил:

— Жена, ты хочешь ее забрать? Я правильно тебя понял?

Через неделю Валя пришла домой с драгоценным свертком. Она опять оформила декретный отпуск, главврач их больницы обещал помочь с оформлением документов на усыновление, и Наденька стала четвертым ребенком в дружной семье Чирковых…

Прошло четырнадцать лет.

— Мам, почему Андрею с Сашкой купили кроссовки, какие они хотели, а мне нет?

— Надюш, братьям они на соревнования нужны, а ты просишь какие-то дорогущие, но бестолковые. Мы не можем пока такие купить. Скоро Юля в отпуск приедет, вот и купит их тебе в подарок.

Надя обиженно фыркнула и вышла из дома, хлопнув дверью. Валя огорченно пожала плечами. Что поделаешь, у девочки переходный возраст, вот и хочет модно одеваться. Но зарплата в селе была небольшая, и, хотя Слава еще и в город по выходным на подработку ездил, на вокзале контейнеры разгружал, жили они небогато.

Валя тяжело вздохнула и стала готовить ужин. Встревожилась она, когда уже стемнело, а дочери дома еще не было. Надя вернулась, когда уже стемнело, вся в слезах.

— Доченька, что случилось? – испугалась Валя.

— Я теперь знаю, почему вы мне ничего не покупаете! Потому что я вам не родная! – закричала девочка. — Мне тетя Рита все рассказала! Вот и оставайтесь с вашими любимчиками, а я к своей маме уйду, родной! Там меня по-настоящему любить будут. Где она живет? Отведите меня к ней!

У Вали похолодело в груди. Как она этого боялась! Ведь уже давно хотела сама все девочке рассказать, да не знала, как та отреагирует. Братья тоже ничего не знали, маленькие ведь тогда были, вот и не запомнили. Только Юля все знала, но любила Надю, как родную сестру.

Что же делать? Валя подошла к Наде и мягко сказала:

— Хорошо, я покажу тебе, где живет твоя мама. Только знай, мы тебя очень любим, ведь ты для нас родная, ты наша. А кроссовки — не самое важное в жизни, главное, что мы вместе. Надюша, мы не сможем жить без тебя, помни об этом.

Слава стоял в дверях комнаты и нервно теребил воротник рубашки, у него в глазах стояли слезы.

На другой день Валя и Надя подошли к дому Любы. Надя гордо тянула вверх подбородок, но видно было, что ей страшно.

— Я сама, — сухо сказала она Вале и прошла во двор.

Громко постучав в дверь, не дождавшись ответа, девочка вошла. Валя так крепко вцепилась в калитку, что пальцы побелели. Она не поняла, сколько прошло времени, может минута, может час, когда из дома вскочила рыдающая Надя.

— Мама, мамочка, она чудовище! Она не может быть моей мамой! – всхлипывала Надюшка, — Она сказала, что я приперлась за ее добром, что хочу ее обокрасть. Я сказала ей, что я ее дочь, а она захохотала. Сказала, что таких у нее где-то еще куча, и чтоб я ей ноги целовала за то, что она родила меня и не придушила. Мамочка, пойдем домой, вы же меня не разлюбили, нет? – испуганно заглянула Надя в ласковые мамины глаза.

Через несколько дней приехала Юля. И сразу пошла с сестренкой в магазин за кроссовками. Но купили они совсем другое — красивую кофточку маме и теплый свитер папе. Самым родным и любимым родителям на свете.

Мария Скиба, п. Красный Октябрь Темрюкского р-на Краснодарского края.

Читайте также: «Одинокий по собственной воле: ему были не нужны ни дочь, ни мать, теперь и друзей не осталось».

Читайте также