Шанс на прощение. Невестка ей не нравилась, сын мог бы жену получше выбрать

Ольга Ивановна исподлобья смотрела, как Олег и Аня кружатся в свадебном танце. Ох и не по душе ей было это все!

Ресторан чересчур простецкий, платье невесты какое-то безвкусное, родня ее простецкая… Да и вообще эта Аня ей никогда не нравилась. Олежка мог бы себе жену получше выбрать, чем эта учительница младших классов. Ольга Ивановна поджала губы и брезгливо отодвинула подальше тарелку с тортом.

Внезапно лицо Ольги Ивановны озарилось улыбкой. Она вспомнила о папочке с документами, надежно припрятанной в домашнем сейфе. Что ж, по крайней мере Олежкины финансы под защитой, случись что — ни копейки этой нищебродке не достанется. А что-нибудь непременно да случится, уж это ее материнское сердце чуяло наверняка…

О том, что они с живут не в доме мужа, а в жилье, принадлежащем свекрови, Аня узнала совершенно случайно, когда собралась оформить прописку. Она ждала ребенка и хотела прикрепиться к ближайшей к дому женской консультации. Тут-то и выяснилось, что новенький дом, купленный накануне свадьбы, Олег оформил на маму.

— Это Олежкин дом, он на него заработал, имеет право записывать, на кого захочет, — запальчиво вскричала Ольга Ивановна в ответ на робкие Анины расспросы. — Сколько вы там с твоими родителями вложили? Миллион рублей? Да в этом доме крыша стоит больше, чем ваш миллион!

И наотрез отказалась дать невестке разрешение на прописку.

Аня спорить не решилась, и следующие девять месяцев послушно ездила к врачу на другой конец города — по месту своей прописки в старенькой квартире родителей.

Позже, после рождения Яны, Аня совершенно случайно узнала, что и доля Олега в его фирме — небольшой фабрике по производству мебельных фасадов — принадлежит Ольге Ивановне. Огромный черный джип, на котором Олег рассекал по городу, тоже был записан на скромную пенсионерку.

— Не заморачивайся, — успокоил Аню супруг. — Это для видимости, чтобы проще было вопросы с налогами решать.

Аня и не заморачивалась. У нее и без того нее хватало забот. Наводить порядок в большом доме и в саду, готовить, следить за малышкой — к вечеру сил совсем не оставалось. Однажды Аня попросила Ольгу Ивановну посидеть с Яной пару часов, пока она сама сходит к стоматологу.

— Я тебе не бесплатная нянька! — ледяным тоном отчеканила свекровь.

Таким тоном она с Аней теперь говорила постоянно. Являясь с визитами, регулярно отчитывала невестку за каждую пылинку в доме и за отсутствие кулинарных талантов. Олег, первое время заступавшийся за Аню, тоже с каждым днем стал предъявлять все больше претензий. Почему паркет снова не натерт? Почему ребенок опять кашляет? Почему такие большие счета за продукты?

Аня чувствовала, что ее выживают из дома. Не решаясь сказать ей ничего в лицо, Олег стал демонстративно пару раз в неделю не являться ночевать. Когда Аня пыталась с ним поговорить, обзывал ее ревнивой истеричкой. Дошло до того, что маленькая Яна, услышав голос отца, стала вздрагивать и вжимать голову в плечи.

В один прекрасный день Аня собрала свои и дочкины вещи. Четыре коробки и два чемодана с одеждой и детскими игрушками— вот и все, что она нажила за три года семейной жизни. Родители помогли выгрузить вещи из такси, проводили их с Яной в Анину старую комнатку.

Олег заметил исчезновение жены через неделю, когда наведался домой за чистой одеждой. Он вздохнул с облегчением: семейная жизнь его порядком утомила, а на объяснения с женой не хватало решительности.

Ольга Ивановна ликовала. Все сложилось как нельзя удачнее, особенно после того, как Олега с Аней развели через суд. Имущественных споров не было: какие уж тут споры, когда все имущество принадлежит свекрови? Ольга Ивановна на этом не успокоилась и на правах генерального директора компании подписала приказ об увольнении Олега.

— Не позволю ей с тебя деньги тянуть! — пояснила она сыну. — Официально ты безработный, имущества у тебя нет, так что платить алименты будешь по закону — половину МРОТ.

Получив уведомление от банка о поступлении этих денег, Аня только покачала головой. К счастью, она уже вышла на работу и через знакомых смогла устроить Яну в ясли.

— Не расстраивайся, милая, все у вас с Яночкой наладится! Мы всегда рядом, — утешали Аню родители.

Они оказались правы — все наладилось, хотя жила их маленькая семья очень скромно.

Только через полгода, перед новогодними праздниками, Олег в первый и последний раз приехал навестить дочку. Выгрузил из багажника пакет с конфетами, коробки с игрушками и ворох нарядных детских платьев. Яна его не узнала — малыши быстро забывают тех, кого давно не видели.

Олег пробыл у дочки недолго. Провожая бывшего мужа до порога, Аня чувствовала исходящий от него запах спиртного. Она посмотрела из окна, как черный джип резко рванул с места, и только молча покачала головой.

Зима в тот год выдалась долгой и снежной. Даже в марте по ночам трещали морозы, превращавшие подтаявший за день снег в ледяную корку. Тем вечером Олег допоздна задержался в офисе, а потом отметил с друзьями в баре удачное завершение рабочей недели. В паре кварталов от дома огромный черный джип занесло на повороте и отбросило в бетонный отбойник. Олег умер до приезда скорой.

Ольга Ивановна почти не помнила дни, прошедшие до похорон Олежки. Сквозь плывущий перед глазами туман она едва могла различить чьи-то лица, но не узнавала ни одно. Но в день похорон ее сознание прояснилось. Она сидела, маленькая и дрожащая, возле гроба единственного сына. Пришедшие проститься коллеги и друзья Олега сливались в море черных одежд и белых лиц. Внезапно она почувствовала, как чья-то рука коснулась сзади ее плеча.

— Примите мои соболезнования, — тихо прозвучал знакомый голос.

Она обернулась. Аня уже шла к выходу, держа Яну на руках. Малышка поймала взгляд Ольги Ивановны, улыбнулась и махнула ей ручкой.

Ольга Ивановна сжала кулаки так сильно, что ногти до крови впились в кожу. Единственная родная душа в целом свете, которая у нее осталась, — эта маленькая девочка. Девочка, которую они с сыном хладнокровно выпроводили за порог. Девочка, чьи отец и бабушка разработали хитрый план, лишь бы не давать денег на ее содержание. А после смерти отца ей даже копейки наследства не досталось…

На сороковой день после похорон Ольга Ивановна осмелилась написать бывшей невестке. «Аня, я бы хотела встретиться с тобой и Яночкой». Не получив ответа, через день прислала новое послание: «Я хочу все исправить. Дом, фирма — это Яночкино наследство. Пожалуйста, не отказывайся!». И еще через день: «Яна — мое единственное утешение, не отбирай его!»

— Деньги свои пусть пересчитывает — глядишь, и утешится, — зло сказала Анина мама, когда дочь показала ей эти послания.

Аня молча смотрела на экран телефона. Она не ответила, но и не заблокировала бывшую свекровь. Она знала: прошлое нельзя исправить. Но в будущем всегда есть шанс на прощение и новую надежду.

Н.И. ТКАЧ, г. Донецк, Ростовская область.