За пару дней до Нового года квартира семьи Лариных была одновременно похожа на базар, склад и детский сад.
На кухне пахло корицей, мандаринами и слегка подгоревшими пирожками — это бабушка Валя проводила «генеральную репетицию» праздничного ужина. В коридоре стояли коробки с гирляндами, в гостиной — коробки с игрушками, в детской — коробки с коробками, назначение которых давно никто не помнил.
— Мам, ну зачем ты печешь пирожки в декабре каждый день? — вздыхала Аня, вытирая муку со стола.
— Чудеса не случаются натощак, — уверенно отвечала бабушка. — А пирожки — это мой вклад в семейное счастье.
Аня, тридцатилетняя мама двух сорванцов, уже полгода жила у родителей после развода. Родители относились к этому «временному возвращению дочери в родное гнездо» с энтузиазмом, который временами пугал.
Отец Ани, дедушка Геша, был человеком чудаковатым, но добрым. С раннего утра он мастерил что-то вроде «автоматической системы снегопада» на балконе — хотел удивить внуков искусственным снегом в полночь, если вдруг на улице не пойдет настоящий.
— Геша, если ты опять подключишь провод не туда, у нас елка загорится раньше, чем куранты пробьют, — напоминала ему жена.
— Валя, ученые рискуют! — гордо отвечал он.
Дети — шестилетний Митя и четырехлетняя Лиза — дружно наряжали елку. До верхних веток они не доставали, поэтому там игрушек не было. Зато от середины до нижних ветвей это была очень нарядная елка, и дети были горды и счастливы.
К вечеру двадцать девятого дедушкины инженерные эксперименты привели к закономерному итогу — выбитым пробкам и кромешной темноте в квартире. И как раз в этот момент в дверь настойчиво постучали. Оказалось, в гости к Лариным нагрянул Илья — друг семьи, а когда-то… ну да, когда-то он был первой любовью Ани. Видеться после школы им почти не приходилось, он уехал работать в другой город. Но по стечению обстоятельств оказался рядом и решил заглянуть с подарками для детей и большим пакетом мандаринов для взрослых — «на удачу».
Аня, увидев его на пороге, потеряла дар речи.
— Привет… Ты? Здесь?
Илья смутился:
— Ну… да. Я все еще в состоянии найти твой дом. Память — страшная сила.
Родители переглянулись с видом заговорщиков. Бабушка незаметно вытерла руки о фартук и шепнула мужу:
— Кажется, пирожки сработали.
Илья потребовал принести стремянку, залез под потолок и принялся восстанавливать электроснабжение. Детям было велено придерживать лестницу, чтобы она не качалась, Ане — держать повыше свечу, бабушке Вале — подкреплять силы «электрика» свежими пирожками, а дедушке Геше — по возможности не лезть под руку.
На следующий день Илья помогал детям делать бумажные гирлянды, а вечером долго сидел с Аней на кухне, попивая чай и вспоминая школьные глупости. Аня давно столько не смеялась.
— У тебя ничего не изменилось… Ты все такая же солнечная, — сказал он, смутившись собственных слов.
— А ты все такой же неловкий, когда пытаешься сказать что-то милое, — ответила она, и у обоих снова случился приступ смеха.
Тридцать первого, к десяти вечера дом сиял. Елка мерцала огоньками, горячие пирожки стояли в центре стола, а система «домашнего снегопада», по словам дедушки, была полностью готова.
Дети волновались, бегали, падали, вставали, снова бегали.
За пятнадцать минут до полуночи Лиза дернула Илью за руку:
— Дядя Илья, а ты кушать пирожки будешь с нами?
— Буду, — улыбнулся он.
— Тогда можешь остаться навсегда. Бабушка говорит, пирожки сближают людей.
Аня невольно рассмеялась, но Илья вдруг сказал мягко:
— Я был бы не против.
Она подняла глаза. В них — удивление, нежность, немного страха и очень много тепла.
Когда куранты начали бить, все вышли на балкон и Геша торжественно нажал кнопку своего «снежного устройства». Устройство громыхнуло и вместо танца снежинок обрушило на всех присутствующих целый сугроб искусственного снега.
— Геша! — возмутилась бабушка Валя. — Ты опять что-то напутал!
— Да ничего! — радостно махнул он рукой. — Главное — эффект!
Все смеялись. А Лиза, с ног до головы покрытая снежной пеной, радостно завизжала:
— Новый год волшебный!
Илья, воспользовавшись суматохой, тихо взял Аню за руку.
— Слушай, — сказал он тихо. — Я тут подумал… Может, попробуем начать все сначала?
Аня улыбнулась:
— А почему бы и нет? Новый год же. Время чудес.
В тот вечер каждый получил свое маленькое счастье.
Бабушка — идеальные пирожки. Геша — работающую систему снегопада (в итоге он все-таки починил ее). Дети — живого «Деда Мороза», которым стал Илья. А Аня — шанс на новую любовь: искреннюю, теплую, надежную — такую, которая приходит зимой, пахнет мандаринами и смеётся над домашними катастрофами.
И когда за окном закружил настоящий снег, все в доме были уверены: чудеса случаются. Особенно тогда, когда им немного помогают.
Л.В. ЧЕРНЯВСКАЯ, г. Краснодар.