Последний «концерт» Муси Пинкензона на веки остался в истории Кубани.
Абрам Пинкензон родился в декабре 1930 года, в небольшом румынском (сейчас это в Молдавии) поселении Бельцы. Жизнь его была до обидного короткой – оборвалась в ноябре 1942 года. Месяц не дожил он до своего 12-летия. Но имя его навсегда вписано в историю. Все знают «мальчика со скрипкой», пионера-героя Мусю Пинкензона, ну или хотя бы «что-то такое о нем слышали». Мусю, его родителей и еще 400 мирных жителей расстреляли фашистские захватчики. Произошло это в Усть-Лабинске. В годы Великой Отечественной войны Муся стал символом мужества. О нем и его семье наш рассказ.
Невидимый скрипач
Абрам – Абрамуся – Муся – Мусик… Под ласковым домашним именем, данным мамой, Феней Мо-исеевной, этот мальчик вошел в историю как герой. А мог остаться в ней как великий музыкант. Интерес к музыке пробудился, когда малышу было четыре года. Об этом в своей книге «Муся Пинкензон» написал Саул Наумович Ицкович:
«Как-то на прогулке с отцом Мусик в одном из окон дома услышал скрипку. Невидимый скрипач играл пьесу Паганини. Мусик остановился и застыл. Музыка зачаровала его. Потом, дома, Мусик разыскал во дворе две палочки и стал «наигрывать» на них помнившуюся мелодию.
– Купить тебе скрипку, сынок? Будешь играть?
– Буду, буду! – радостно запрыгал Муся.
Учитель, маэстро Эккельринг, увидел в маленьком ученике очень одаренного ребенка и уделял ему много внимания. Пяти лет Мусик впервые выступил на концерте, и в газете города Бельцы отметили игру вундеркинда».
22 июня 1941 года на торжественном открытии первой республиканской олимпиады художественной деятельности школьников Молдавии Муся должен был выступить с сольной программой – вторым концертом Моцарта. Олимпиаду отменила война.
Годом ранее Румынская Бессарабия, в том числе и Бельцы, вошла в СССР. На жизни Пинкензонов это событие почти не отразилось. Муся, пополнивший ряды пионерии, не расставался со скрипкой, а его папа, Владимир Борисович, как и раньше, врачевал, продолжая династию. Самым первым врачом Бельской земской больницы с момента ее создания – еще в 1882 году – был его дед Янкель-Меер Пинкензон.
Летом 41-го Владимир Борисович был призван в ряды РККА в должности военврача и получил направление в военный госпиталь станицы Усть-Лабинской (городом она стала в 1958 году).
Сборы были спешными, взяли самое необходимое. Муся, конечно, не мог расстаться со скрипкой. На Кубань отправились всем семейством: Муся, папа и мама, бабушка и дедушка.
Слово доктора
В сентябре 41-го поезд остановился на станции назначения. Владимир Борисович сразу же пошел в госпиталь. Феня Моисеевна и старики разбирали чемоданы и обустраивались на новом месте. На постой Пинкензонов приняла Полина Ивановна Каленова. Мусю взяли в пятый класс местной школы, и сразу он со всеми подружился. Оказалось, ребята организовали кружок самодеятельности, выступали в госпитале перед ранеными бойцами. Декламировали стихи, пели и танцевали. Муся со своей скрипкой стал «гвоздем».
– Дорогие товарищи раненые, защитники нашей Родины! Начинаем концерт пионеров нашей школы. Выступает Муся Пинкензон. 0н приехал из Молдавии. Его папа работает врачом-хирургом в этом госпитале.
Примерно так объявляли его выход. Раненые просили еще и еще. И Муся играл. Чайковского и Паганини, «Катюшу» и «Сулико». Бойцы улыбались, боль отступала.
В августе 42-го бои подошли к станице. Госпиталь эвакуировали вслед за частями, отступающими в тыл. Остались лишь несколько раненых, самых тяжелых. Перевозить нельзя – не выдержали бы. С ними, единственный из военврачей, остался Владимир Борисович. Обратимся вновь к книге Ицковича.
«Когда солдаты вошли в палату, Владимир Борисович делал операцию. Офицер, говоря по-русски, бросил:
– Прекратите операцию, доктор! Все равно мы расстреляем вашего пациента. У нас много своих раненых, и они нуждаются в вашей помощи.
– Я не могу приостановить операцию, – ответил хирург, – и прошу вас выйти из палаты…
– Вы большевик?
– Нет…
– Тогда почему?
– Я врач.
Офицер дал знак солдатам, они подскочили к Владимиру Борисовичу и оторвали его от операционного стола.
– Даю вам на раздумья сутки. – Офицер достал пистолет и выстрелил в раненого, лежащего на операционном столе. – Вас я еще успею пристрелить, – бросил он Пинкензону и, кивнув солдатам следовать за ним, вышел из палаты».
Как был, в халате и шапочке, доктор пошел домой. Пришли за ним на следующий день. Он повторил, что сотрудничать с гитлеровцами отказывается. Его отвели к зданию, где немцы держали арестованных. Каждое утро выгоняли на работы – рыть окопы.
Лебединая песня
Нам неизвестно, как в это время жила семья, когда точно пришли за Феней Моисеевной и Мусиком и что стало со стариками. Но пришли и за ними. Скорее всего, и стариков забрали тоже. Вся семья во главе с непокорным доктором была приговорена – национальностью не вышли.
«Для устрашения населения» гитлеровцы решили показательно расстрелять всех арестованных – в их числе были евреи, коммунисты и члены их семей, военнопленные. Всего около 400 человек. Их вывели на берег Кубани, куда согнали жителей со всей станицы.
Последние мгновения жизни Муси Пинкензона описал Саул Ицкович. Его книга в 1968 году вышла в серии «Пионеры-герои».
«Муся шел, одной рукой придерживал мать, в другой он нес скрипку. Офицер поднял руку для сигнала солдатам.
– Господин офицер… – Владимир Борисович шагнул вперед. – Пощадите сына, он… – пуля оборвала его просьбу.
Мать бросилась к отцу, но автоматная очередь настигла и ее. В этот момент на офицера двинулась маленькая фигурка Муси. В руках он держал скрипку.
Срывающимся от волнения голосом мальчик проговорил:
– Разрешите… мне… перед смертью… сыграть мою любимую… песню…
Офицер с любопытством поглядел и махнул солдатам, чтобы они опустили автоматы.
– Играй!.. Играй! Понравится – будешь жить!
…Смычок взвился и заскользил по струнам. Сначала неуверенно, неровно, но вот мелодия вырвалась и поплыла над Кубанью. И вот с каждым новым взмахом смычка яснее возникала понятная всем с детства мелодия. Все увереннее и громче звучало: «Вставай проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов»… (Ред. – В то время – гимн СССР). Фашистский офицер оцепенел от ярости.
– Перестань, – орал он, потрясая перед скрипачом пистолетом.
Но Муся не обращал на него внимания, он торопился. Надо еще успеть, еще немного…
Раздался выстрел, за ним второй…
Муся опустился на колени, все еще держа в руках скрипку и пытаясь доиграть оборванную мелодию. Автоматная очередь подкосила ноги скрипачу, и он упал. Смычок выскользнул из рук, и скрипка замолчала навсегда. Но стоявшие перед палачами люди подхватили песню, и она продолжала звучать над рекой, пока последний из певших не упал, пробитый пулей».
Они навеки остались в истории Кубани: медик-офицер, который не бросил пациентов и отказался изменить присяге. И маленький скрипач, в свой последний раз сыгравший так, что враг чуть не лопнул от злости, а те, кому пришлось проститься с жизнью, ушли в вечность непокоренными.
Стоя перед лицом смерти, отец и сын проявили такую силу духа, против которой оказалась бессильна вся мощь нацистского оружия.
ПАМЯТЬ О ГЕРОЕ
● В Усть-Лабинске установлен мемориал в память об Абраме Пинкензоне. Недалеко находится братское захоронение, где захоронены еще примерно четыреста мирных жителей, убитых захватчиками.
● В школе №1 г. Усть-Лабинска, где совсем недолго успел про-учиться Муся, установлена памятная доска, посвященная ему, в одном из классов действует памятная экспозиция.
● В историко-краеведческом музее Усть-Лабинска работает посвященная герою экспозиция.
● По мотивам его подвига в СССР был поставлен мультфильм «Скрипка пионера».
● Память о Мусе Пинкензоне увековечена в Молдове — с 2007 года бывший переулок Пушкина в городе Бельцы носит его имя, а на общинном доме «Хэсэд Яаков» размещена мемориальная доска. В Грузии, в Тбилиси, в переулке на улице Руставели, установлен скульптурный памятник.
Подготовила Светлана Лазебная.