29 октября, 16+

Атаман Громов: «Не помнить зла. Уметь прощать»

Владимир Прокофьевич Громов. Фото Н. Иваненко

Его имя прогремело на всю Россию. Генерал, первый атаман Кубанского казачьего войска, ученый, историк, доцент Кубанского государственного университета, Герой труда Кубани Владимир Громов — легендарная личность. По степени влияния, авторитета, уважения с “Батькой Громовым” не сравнится, пожалуй, ни один атаман. Владимир Прокофьевич рассказал “Околице”, как отличить настоящего казака от “ряженого”, о семейных ценностях, традициях, культуре, которыми нужно особенно дорожить.

Кубанский «Лев Толстой» 

Как-то сразу повеяло теплом, когда я вошла во двор утопающего в тени деревьев и цветов дома Громовых. Нет, не из-за жары, которая на Кубани до сих пор не отпускает. Просто чувствуется, что хозяева здесь добрые, гостеприимные, открытые. Сейчас здесь, на хуторе Ленина в Краснодаре, Владимир Прокофьевич и его супруга Ольга Петровна проводят большую часть своего времени.

На странице Владимира Громова в Фейсбуке можно увидеть его фотографии в саду, где в этом году хорошо уродились яблоки, алыча, груша на «узвар». «Настоящий Лев Толстой в кубанском исполнении», – написал кто-то из друзей в комментариях. Бывший атаман действительно чем-то похож на известного русского писателя. Та же седая, окладистая борода, усы. Правда, глаза не прячутся под бровями и взгляд другой, теплее и с лукавинкой, что ли. И – да, книгу свою Владимир Громов тоже пишет. Говорит, даже ночью просыпается, чтобы записать пришедшие в голову мысли.

Владимир Громов: «У меня во дворе растёт и туя и кипарис» Фото: facebook.com

Есть о чем поведать миру человеку, который 17 лет, до 2007 года, был атаманом Кубанского казачьего войска, вице-губернатором, депутатом Законодательного Собрания края. Множество орденов и медалей украшают генеральскую форму атамана Громова. Среди них – орден Дружбы, медаль Жукова, орден Преподобного Сергия Радонежского. Есть даже именная шашка – подарок министра обороны России.

На многочисленных фотографиях, которыми увешаны стены кабинета хозяина дома, – большая история интереснейшего человека, который родился в глухом степном хуторе Курчанском Приморско-Ахтарского района и стал ученым, а потом повел за собой казачье войско. В том, что Кубань стали вновь называть казачьим краем, – во многом его заслуга. Возрождение репрессированного казачества началось в 1989 году. Казачий клуб преобразовался в Кубанскую казачью раду, а затем – во Всекубанское казачье войско, которое и возглавил Владимир Громов. 

Владимир Громов. Фото: Special.kubsu.ru

Открытый и доступный  

В начале года, в феврале, Владимиру Прокофьевичу исполнилось 70 лет. Только через Интернет ему прислали больше тысячи поздравлений. Признается, что поздравляли даже незнакомые люди.  Атамана узнают на улицах, многие просят сфотографироваться. С него не хотят брать деньги за проезд водители маршруток. Это – людское внимание и уважение – дорогого стоит.

– Недавно в больнице положили в палату с человеком, у которого один глаз с повязкой, а другой плохо видит, – вспоминает Владимир Прокофьевич. – Так он меня по голосу узнал. А вот еще –
иду по улице возле рынка в Краснодаре, вижу – сидит задремавший бомж, перед ним картонка с надписью: «Пожертвуйте на бухло!» Думаю, не подам на «зло». А он вдруг просыпается и удивленно произносит: «О, атаман Громов тут ходит!» Не хотел, но пришлось пожертвовать. 

– Вас очень уважают, узнают на улицах городов, станиц, хуторов края и за их пределами. Вы олицетворяете образ настоящего атамана. И точно знаете, каким он должен быть. Так каким?

– Открытым и доступным. Не помнить зла, уметь прощать и забывать обиды. Если бы я не обладал этими качествами, я бы 17 лет не был атаманом. Помнить зло от казаков, которые тебя выбрали, – это последнее дело. Мне бы хотелось, чтобы наши атаманы и казаки поражали образованностью, интеллектом, чтобы знали и хранили историю. Важно, чтобы традиции становились частью духовного мира, нравственным стержнем.   

На мякине не проведешь

– Владимир Прокофьевич, вы – коренной житель края. Какой, по-вашему, настоящий кубанский характер?

– Есть люди, которые считают себя кубанцами, но таковыми по происхождению, по своим культурным традициям, не являются. У обывателя, стороннего наблюдателя это порой создает негативный образ кубанцев. Они считают, что это суровые люди, жлобы со множеством плохих черт. Я считаю, что все это выдумки и фантазии, потому что коренных кубанцев осталось очень мало. За последние 30 лет коренным образом изменился этнический состав населения края. Здесь появились группы народов и национальностей, этносов, которых на Кубани прежде не было. Если говорить о кубанских казаках, о коренных кубанцах, то это люди очень отзывчивые, готовые прийти на помощь. Это люди, которые глубоко уважают историю нашего края, культурные и бытовые традиции, отличаются предприимчивостью, эмоциональностью. Коренные кубанцы более экспрессивны, но вместе с тем людей, живущих в станицах и в хуторах, на мякине не проведешь. Они черпают мудрость от предыдущих поколений и от земли. Не сразу поверят, подумают, прежде чем что-то сделать. Есть еще одна характерная черта, которая в последнее время как-то нивелировалась. Для кубанского казака характерна психология свободного человека, не приспособленчества, не угодничества, не преклонения. К сожалению, наша действительность влияет на эти качества, она ломает их. 

– А вы считаете себя человеком свободным?

– Я был и остаюсь свободным человеком. По долгу своей службы общался с высокопоставленными людьми, начиная от Президента России, главы Правительства, министров до руководителей регионов. Как ученый, историк всегда имел свою точку зрения и отстаивал ее. Плюс казачий характер. У меня не было комплекса перед власть предержащими, в каком бы ранге они ни были. Когда, например, в 1994 году министр по делам национальностей потребовал от меня, атамана казачьего войска, чтобы я направил казаков воевать добровольцами в Чечню, я сказал: «Нет! Пока я атаман, этого не будет!» Жаль, что основная масса наших атаманов не способна отстаивать свои права. Далеко не всегда власти требуют от казаков того, что отвечает их интересам, традициям и позиции. Я всегда говорю, что если атаман является еще и чиновником, то в его делах и поступках должен быть тот рубеж, та граница, до которой вы можете идти на компромисс. Но если атаман перешагнет эту границу, то он уже не атаман, а просто чиновник. Нужно уметь сказать: «Нет!» Мою позицию, к сожалению, сейчас не все одобряют. Но никто не лишит меня возможности говорить правду и отстаивать свою позицию.

  «Меня воспитали настоящие казаки» 

– Откуда в вас такой стержень? Это семейное?

– Мне повезло, что я вырос и воспитывался в казачьих культурно-бытовых и семейно-бытовых традициях. Меня воспитали настоящие казаки. Никто не учил, не наставлял – я просто жил в этой среде. Это сейчас старики в 80 лет бегают по городу в шортах и боком-боком – подальше от внуков. А тогда в семье все вместе жили несколько поколений. Помню, меня повели в детский сад. До этого я не знал, что на хуторе есть мои сверстники. Заприметил человек 10–12 детей, перепугался и сбежал. Дед тогда увидел, как я плачу, и сказал: «Не мучьтэ дэтыну! Нехай у мэнэ будэ» (Владимир Прокофьевич часто переходит на кубанскую «балачку»). До школы я все время был в окружении стариков. Слушал их рассказы, воспоминания, песни, и непроизвольно запоминал. Тогда, в 50-е годы, на хуторе из благ цивилизации были поезд, керосиновая лампа, трактор. Радио, света, телевизора, клуба, даже водопровода не было. Кино крутили в конюшне, где вместо экрана натягивали простыню. Тогда люди сами веселились, помогали строить жилье, собирались на свадьбах. Жили открыто и радостно. У моей бабушки – Ольги Игнатовны – была единственная на весь хутор большая русская печь. На каждую свадьбу здесь пекли хлеб, караваи, «шишки», пока женщины месили тесто, распевали свадебные обрядовые песни. Позже я понял, что это может уйти безвозвратно. Тогда я записал эти песни.

– Образ бабушки вам, как я понимаю, очень дорог. 

– Моей бабушке в момент революции было 40 лет. Она овдовела в 39 лет, имея на руках восьмерых детей! Переехала со станицы Курчанской на хутор Курчанский, ей помогли выкопать землянку, чтобы перезимовать. Бабушка построила загоны для скота, подняла большое хозяйство, имея 80 гектаров земли, правда, ее потом раскулачили. Вот это характер! Суровый. Ее уважали, авторитет был непререкаем. Это определяло мой духовный мир. А образ ее мне действительно очень дорог. 

Свадьба бабушки Ольги Игнатовны. Фото из семейного архива В. Громова

Жить по совести и скромно

– Какие принципы в семье, на ваш взгляд, должны цениться больше всего? 

– Одним из принципов в семье должно быть соблюдение традиций. В Евангелии сказано: «Чти отца и мать свою – и будешь долговечен». Я воспитывался в среде, когда общественное мнение тоже было элементом воспитания. Поэтому старались не позорить не только родителей, но и фамилию. И бабушка, и отец мой были неграмотными, но руководствовались принципами христианства, уважения к людям. Бабушка говорила сыновьям, отправляя на войну: «Идите и воюйте! Батьку не позорьте!» А это значит – всю фамилию. Меня воспитали так: жить по совести и скромно. И я этому учил своих сыновей, а теперь и внука. Отец говорил: «Не бери ничего и не бойся никого!» Так и я говорю одному из сыновей, который работает в правоохранительной системе.

– Что вас сейчас особенно тревожит, а что наполняет душу радостью?

– Мне повезло, что я вырос в обществе, которое было глубоко нравственным. А тревожит будущее нашей нации, особенно исторические познания молодежи. Как историк, я знаю, к чему это может привести – к беде. Как сейчас, например, в Беларуси. Что наполняет душу? У меня растет внук Гордей, ему 4 года. Приносит свои рисунки из детского сада, а я их вставляю в рамочку и вешаю на стену в кабинете. Он как-то спросил: «Деда, это мои рисунки?» «Твои»,  –говорю. А он отвечает: «Приятно». Для нас с женой большая радость, что он у нас есть. Первым его словом в адрес отца было слово «батька». Он нигде не мог слышать это слово, но произнес его.  Очень люблю внука. Но всегда говорю: «Любите детей так, чтобы они об этом не догадывались, иначе будут вить из вас веревки». 

Громов с внуком Гордеем и знаменитый космонавт Г. Падалка. Фото из семейного архива В. Громова

– В «Моей Околице» есть девиз: «Будем жить долго и счастливо!» У каждого своя формула счастья. Какая у вас?

– Я счастлив, что не шел на сделки с совестью, по крайней мере, старался. И смотрю людям в глаза прямо. 

Наталья Иваненко.

Читайте также