20 мая, 16+

Было у отца три сына

Часто я вспоминаю своего отца – Чередниченко Сергея Федоровича. Родом из огромной казачьей семьи, где было 11 детей, перешедшего   на сторону красных и ставшего первым кавалеристом отчаянного буденновского отряда «Чертова сотня», участника Октябрьской революции, Гражданской войны и Второй мировой. Снова и снова поднимаются грустные мысли о нем и его тяжелой  жизни, да и не только.

Когда началась война, отцу было 44 года. До войны он работал ремонтником-обходчиком железнодорожных путей в Ростовском отделении  Северо-Кавказской железной дороги, поэтому военкомат ему выдал бронь, то есть было поручено продолжать работу на своем участке. Это и был его фронт.

Северо-Кавказская железная  дорога была важнейшим военно-стратегическим объектом, где проводились операции перевозочного процесса и работы по обеспечению формирования и отправки поездов. День и ночь шли составы с боевой техникой, продовольствием и солдатами. Сколько раз диверсанты-подрывники нападали на железнодорожных обходчиков! Чтобы не привлекать  внимания стрельбой, их резали ножами, убивали топорами, закалывали вилами, забивали палками…. Но мой отец, прошедший через революцию и Гражданскую войну мужественно защищал свой пост. Смерти  он не боялся.

Вот интересный факт из его жизни: один из братьев отца, Яков Федорович, обладал даром ясновидения. Умер он очень молодым, на шестнадцатом году жизни. И перед смертью позвал родных проститься. Все приходили по одному и Яша, предсказывая каждому его судьбу, прощался  навсегда. Но вот все прошли, а мой отец так боялся, что все ходил и ходил перед дверью, не решаясь войти, пока не услышал слабый голос Якова: «Сергей, ну что ты там ходишь? Не бойся, заходи». Он вошел. Яша ласково сказал: «А ты не бойся, ты из всей нашей семьи будешь самый счастливый, ты пройдешь через три войны и не получишь ни одного ранения, только будешь слышать, как пули возле уха свистят. Будет у тебя две семьи. Первая погибнет, а во втором браке вырастишь троих чужих детей и своих будет еще четверо, а среди них – девочка, похожая на тебя, она тебя и докормит, и досмотрит. И жить ты будешь долго. Дольше всех. Прощай!». Зарыдав, отец вышел.

Но вернемся в военное время…. Великая Отечественная война в корне изменила характер работы в жизни железнодорожной магистрали. К концу сентября 1941 года Северо-Кавказская железная дорога перешла на военные рельсы и находилась в зоне боевых действий. Люди, станки, оборудование, целые предприятия  эвакуировались на восток страны. Железнодорожники  делали все, чтобы остановить врага и не дать воспользоваться захватываемыми им участками дороги. Разбирали и вывозили стрелочные переводы, автодрезины, станки, вагоны, подрывали мосты и сооружения. Но силы были слишком не равные  и пришлось отступить. 

В судьбе моего отца все вышло так, как предсказал ему его брат Яков. К началу войны у  моего отца было уже трое взрослых сыновей. Всех их призвали на фронт. Григорий в 25 лет и 23-летний Георгий погибли в боях за Северный Кавказ, а младший Леонид в 18 лет там же, в боях, пропал без вести.

Осиротевший и одинокий, после войны он встретил мою мать Евгению Васильевну Михайленко – молодую гордую красавицу  с тремя маленькими детьми.  Геннадию было всего 8 лет, Николаю 5 лет, а Рае 3 года. Долго не раздумывая, отец предложил ей выйти за него замуж. Она долго отказывалась. Сильна была боль по погибшему мужу.

В то послевоенное время, когда не было ни одежды, ни жилья, ни еды, голод особенно трудно переносили дети. И вот однажды маленький Коля  предложил старшему Гене: «А давай  сначала отрубим мою ручку, сварим и съедим, а потом твою». И мама, случайно  услышав этот «детский» разговор, прорыдав всю ночь, согласилась выйти за моего отца, который  был старше нее почти на 20 лет. Вместе  было легче прожить и прокормить детей. Мой отец окончил церковно-приходскую школу, хорошо считал на счетах и знал математические дроби, поэтому работал кладовщиком и получал поек.

В совместном браке родились еще четверо детей: Федор, Лидия, Любовь и я – Надежда, та самая девочка, похожая на отца. Длинную жизнь, полную любви и драмы прожили мои родители вместе. Мамы не стало раньше.

Отец мой, как мы его называли, «папка», после смерти мамы жил со мной и часто с горечью  повторял: «Было у меня три сына – Гришка, Жорка и Ленька». И тоскливо замолкал. Но я за своими заботами не особенно вдумывалась, о ком он говорит, не расспрашивала его и мне очень  жаль, что трое моих старших братьев, погибших на той страшной войне, остались нам, младшим, неизвестными. Рано познавший  горечь утраты, отец часто говорил мне, что самое большое  счастье в жизни – это дети. Он горевал по своим старшим всю жизнь. Садился с нами, уже взрослыми, за стол (мамы уже не было в живых), выпивал  рюмку водки и, глядя в одну точку с тоской опять говорил: «Было у меня три сына: Гришка, Жорка и Ленька».  Но его  никто из нас не слушал . А он протяжно запевал, будто плакал: «Для чего я на свет народился? Для чего меня мать родила?».

И слеза иногда стекала по его мужественному лицу.

Только 22 июня 2015 года, в день поминовения погибших на войне, я подала поминальную записочку в Свято-Владимирский храм об упокоении  убиенных на войне братьев – Григория, Георгия, Леонида.  Я вас помню…

 Надежда Мышкина (Чередниченко), г. Краснодар.

Загрузка...

Добавить комментарий

Модуль комментирования mediaism.

Матери-одиночки: в нищете и в обиде

Многодетная мать-одиночка Ольга Жегулова из Новороссийска встала у стен Госдумы и провела пикет в…

Расплатиться можно браслетом

Россияне смогут расплачиваться картами «Мир» с помощью браслетов и брелоков. Об этом сообщила газета «Известия» со ссылкой на Национальную…

В ЕГЭ появятся задания с виртуальной реальностью

Единые государственные экзамены в будущем пополнятся заданиями с виртуальной реальностью, заявил глава Рособрнадзора Сергей…

Садовый мост откроют 15 декабря

Правую половину закрытого на ремонт краснодарского путепровода откроют для движения автомобилей. Директор краснодарского предприятия…